Севастопольский герой

В 2017 году исполняется 190 лет со дня рождения Алексея Николаевича Бунина (1827–1906), отца писателя. Одной из ярких страниц его жизни была  Крымская война 1853–1856 годов и особенно героическая оборона Севастополя, участником которой ему довелось быть. 

В исторической памяти русского народа Крымская война, несмотря на поражение в ней, вызывает мощные патриотические чувства, конечно же, с трагической нотой. Военный историк Антон Антонович Керсновский в своей книге «История русской армии» дает точное и емкое определение этого чувства – «скорбная слава Севастополя».

4 сентября 1854 года в Крыму высадились англо-франко-турецкие войска. Англичане и французы были вооружены по последнему слову военной техники того времени. 8 сентября на реке Альма они  атаковали русский корпус и вынудили его отступить. Севастополь, совершенно  незащищенный с суши, оставлялся врагу. В нем оставалось всего около четырех тысяч гарнизона. Командующий Черноморским флотом адмирал Нахимов и начальник севастопольского гарнизона генерал Моллер решили защищаться до последнего. Они передали командование младшему в чине вице-адмиралу Корнилову, угадав в нем душу всей обороны. Нахимов же сохранял руководство флотом.

Корнилов отдал короткий, но огненный приказ, дошедший до сердца каждого солдата, моряка и горожанина, с этой минуты ставших «севастопольцами»: «Братцы!.. Мы защищаем Севастополь. О сдаче не может быть и речи. Отступления не будет. Кто прикажет отступать, того колите. Я прикажу отступать – заколите и меня!»

С утра 10 сентября закипела работа по возведению укреплений, вдохновляемая Корниловым и инженер-подполковником Тотлебеном. На работы вышло все население города, включая женщин и детей. И в несколько дней, буквально из-под земли, выросли те легендарные бастионы, о которые одиннадцать месяцев разбивались все усилия врага.

Панорама «Оборона Севастополя» 

10 сентября началось затопление кораблей Черноморского флота с целью преградить врагам доступ к Севастополю с моря. Флот жертвовал собой для защиты города. Один за другим опускались на дно славные синопские победители, их орудия стали основой артиллерии крепости, а экипажи влились в Севастопольский гарнизон. И к 14 сентября русские силы учетверились, достигнув 16 тысяч. В каких-нибудь три, четыре недели из ничего была создана грозная твердыня. К 5 октября в гарнизоне находилось уже 32 тысячи человек (наполовину – моряков).

Англичане, французы и турки не отважились на штурм Севастополя и 28 сентября начали осаду города. 5 октября был произведен первый массированный обстрел, или, как тогда называли «бомбардирование» Севастополя, длившееся три дня.

В первый же день обстрела защитники города понесли тяжкую утрату – на укреплениях был убит Владимир Алексеевич Корнилов. Последние его слова были: «Отстаивайте же Севастополь! Скажите всем, как приятно умирать, когда совесть спокойна. Благослови, Господи, Россию и Государя, спаси Севастополь и флот».

Так началась героическая оборона Севастополя, продлившаяся 349 дней.

Обстрелы чередовались со штурмами, кипела инженерная, минная война. Защитники города устраивали героические вылазки и контратаки. Бессмертной славой покрыли себя солдаты, моряки, ополченцы, жители Севастополя.

На бастионах геройски погибли контр-адмирал Владимир Иванович Истомин, адмирал Павел Степанович Нахимов, был ранен замечательный военный инженер Эдуард Иванович Тотлебен, продолжавший руководить из госпиталя инженерными работами. Всем известны славные имена матроса Кошки (Петра Марковича) и юной (шестнадцатилетней) сестры милосердия Даши Севастопольской. Дочь севастопольского моряка, погибшего в Синопском сражении, она распродала все свое нехитрое имущество, чтобы организовать помощь раненым, и все 349 дней спасала раненых героев.

6 июня 1855 года император Франции Наполеон III повелел произвести общий штурм Севастополя. К этому времени силы осаждающих заметно увеличились, прибывали подкрепления, в войну против России вступила Италия, послав в Крым войска. На рассвете, в 3 часа, неприятель ринулся на приступ. Это был один из решающих моментов обороны Севастополя. Французам удалось захватить важный участок укреплений, и они начали обходить Малахов курган. Вот фрагмент из книги Керсновского:

«В эту критическую минуту появился генерал Хрулев. Схватив возвращавшуюся с окопных работ 7-ю роту Севского полка, он бросился с ней в атаку со словами: «Благодетели мои! За мной! В штыки! Сейчас придет дивизия!». Внезапная атака этой горсточки героев спасла положение. Они были поддержаны, конечно, не дивизией, а шестью всего батальонами Полтавского, Якутского и Елецкого полков. К семи часам утра все было кончено. Штурм был блистательно отбит по всему фронту».

Панорама «Оборона Севастополя»

 «349 севастопольских дней обошлись русской армии в 128 тысяч человек. Неприятелем было выпущено 1 350 000 снарядов. Цифры эти будут превзойдены лишь 60 лет спустя в Первую мировую войну и при совершенно иной технике под Верденом. Они дают приблизительное понятие о том, что творилось 11 месяцев на этом клочке земли, имевшем по фронту всего шесть с половиной верст, и где вечной славой покрыли себя и русское оружие полки бессмертной русской пехоты. От первого дня и до последнего все они были героями и ни на минуту не переставали быть героями».

Боевой дух защитников Севастополя укреплял Иннокентий Херсонский – архиепископ Херсонский и Таврический, выдающийся православный проповедник, писатель, педагог, ученый, член Российской Академии наук, ельчанин, родившийся в Ельце неподалеку от Введенской церкви. Святитель Иннокентий нередко находился в самых опасных местах обороны; его авторитет среди солдат, офицеров, матросов и жителей города был настолько велик, что севастопольцы говорили:  если бы Иннокентий был главнокомандующим, то басурмане непременно были бы разбиты.

Панорама «Оборона Севастополя»

В обороне Севастополя принимал участие 33 Елецкий пехотный полк. В нашем городе, на Красной площади, у Вознесенского собора, стоит обелиск в честь этого славного полка русской армии. Полк был основан в годы правления Екатерины Великой, принимал участие в войнах с Наполеоном, штурмовал Варшаву в 1831 году, участвовал в войне за освобождение Болгарии. За взятие редута у Шипки награжден Георгиевскими трубами. За оборону Севастополя полк получил почетную награду Георгиевское знамя.

Среди этих героев был и Алексей Николаевич Бунин – отец будущего писателя Ивана Алексеевича Бунина. Вместе со своим братом в составе Елецкого ополчения он принял участие в обороне Севастополя. Там познакомился с Львом Толстым, храбро сражавшимся на бастионах. В осажденной крепости Лев Николаевич написал свои знаменитые «Севастопольские рассказы». За Крымскую кампанию Алексей Николаевич Бунин был отмечен наградным оружием и «монаршим благоволением».

 А.Н. Бунин

 

В творчестве Ивана Алексеевича Бунина оборона Севастополя, героическая молодость отца всегда занимали особое место.

В автобиографическом романе «Жизнь Арсеньева» главный герой отправляется в Крым именно в поисках отцовской молодости, ушедшей эпохи, «совсем особого века и особого племени»: «Ранней весной я поехал в Крым… где-то там, вдали, ждала меня отцовская молодость. Видение этой молодости жило во мне с младенчества. Это был какой-то бесконечно-давний светлый осенний день. В этом дне было что-то очень грустное, но и бесконечно счастливое. Было что-то, что связывалось с моим смутным представлением дней Крымской войны: какие-то редуты, какие-то штурмы, какие-то солдаты того особого времени, что называлось «крепостным» временем, и смерть на Малаховом кургане дяди Николая Сергеевича, великана и красавца полковника, человека богатого и блестящего, память которого всегда в нашей семье была окружена легендой».

Памятная медаль Крымской войны 1853–1856 гг.

Несмотря на поражение в Крымской кампании, героическая оборона Севастополя, патриотический подъем, вызванный войной, привели к тому, что восприятие этой войны в русском обществе, в исторической памяти народа отличалось скорее позитивной эмоциональной окраской. Такое восприятие Крымской войны чувствуется и в бунинском творчестве, сливаясь с личным восприятием автора и его героев.

В рассказе «В поле» Бунин описывает встречу участников обороны Севастополя: отставного офицера Якова Петровича Баскакова и его бывшего денщика Ковалева.

«Селям алекюм! – раздавался старческий голос в какой-нибудь хмурый день в «девичьей» лучезаровского дома.

Как оживлялся при этом, знакомом с самой Крымской кампании, татарском приветствии Яков Петрович!.. Это прежний денщик Якова Петровича, Ковалев. Сорок лет прошло со времени Крымской кампании, но каждый год он является перед Яковом Петровичем и приветствует его теми словами, которые напоминают им обоим Крым…

– Алекюм селям! – весело восклицал и Яков Петрович. – Жив?

– Да ведь севастопольский герой-то, – отвечал Ковалев…»

                                                                           Алексей Пискулин

Поделиться в соц. сетях

0
Эта запись опубликована в рубриках: Статья выпуска. Постоянная ссылка.

Оставить комментарий

Почта (не публикуется) Обязательные поля помечены *

*

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>